Кем был повстанческий атаман Гулый-Гуленко: биография под грифом «Секретно»
![Кем был повстанческий атаман Гулый-Гуленко: биография под грифом «Секретно»](https://glavk.se/foto/articles_foto/155155.png)
Кем был повстанческий атаман Гулый-Гуленко: биография под грифом «Секретно»
30 июня 1921 г. Андрей Гулый-Гуленко — известный повстанческий атаман, генерал-хорунжий армии УНР, один из руководителей армии Первого Зимнего похода был назначен командующим 1-й Южной группы (фронта) со штабом в Кишиневе для подготовки антибольшевистского похода
История жизни Андрея Алексеевича Гуленко (Гулого-Гуленко) имеет немало «белых пятен» и загадок, отмечает издание DSnews.ua. Наверное судьба знаменитого атамана дольше от других главарей оставалась неизвестной как его современникам, так и исследователям его деятельности. И даже по его имени и фамилии нередко встречаются различные варианты. Но запись в метрической книге Новоархангельской церкви убедительно свидетельствует: будущего атамана крестили 2 октября 1886 г. под именем Андрей и фамилией Гуленко. То есть вариант Тимофей, который иногда используются исследователями, является неправильным.
Запись из метрической книги о рождении Андрея Гуленко
Однако нередко Андрей Алексеевич Гуленко фигурирует в документах как Гулий или Гулый. Эти варианты образовались, как производные от фамилии Гуленко. Вариант «Гулый» впервые был использован им во время Первой мировой войны. Андрей Гуленко (Гулый) — штабс-капитан 11 саперного батальона (11-го инженерного полка) отличился в боях, был ранен и награжден несколькими наградами, среди которых и Орденом Святого Георгия IV степени — высшей боевой наградой для офицеров своего ранга.
Документ времен Первой мировой войны с упоминанием о ранении Андрея Гуленко (Гулого)
К весне 1919 г. в прессе и документах его вспоминали исключительно как Гулого или Гулия. В дальнейшем атаман чаще фигурирует уже под двойной фамилией Гулый-Гуленко. В большевистских документах его называют Гулым или Гулым-Гуленко. Последний вариант является наиболее распространенным в источниках и исследованиях, посвященных этой незаурядной личности.
На повстанческий путь А. Гулия подтолкнула кадровая политика военного министра Украинского Государства Михаила Рогозы. Летом 1918 г. из рядов вооруженных сил Гетманата увольняли старшин, которые не имели надлежащего образования. Среди них оказался и Гулый (Гулий), который в 1917 г. был активным сторонником украинизации армии и борьбы с большевиками. Однако Гулый и ему подобные главари, будущие атаманы Директории, быстро нашли себе место в рядах участников противогетманского восстания.
![Андрей Гулый-Гуленко (Гулый)](https://www.dsnews.ua/static/storage/thumbs/x630/a/e3/7731472b-c513bd2faeb153e532bead5c3aa00e3a.jpg?v=2272_1)
В 1919 г.. Гулый-Гуленко командовал Екатеринославским кошем, возглавлял Юго-Восточную группу армии УНР, штаб которой находился в Елисаветграде. После потери Екатеринослава в январе 1919 г. успел побывать под арестом, устроенным ему властью УНР, который он сухо прокомментировал:
«Был арестован по телеграмме из штаба армии по обвинению в самовольном оставлении фронта и присвоении 40 млн казенных денег. Однако через несколько дней обвинения были опровергнуты».
Однако вскоре А. Гулый-Гуленко вернулся в армию, а в ноябре 1919-го Симон Петлюра назначил его руководителем повстанческих отрядов Херсонщины, Екатеринославщины, Умани, Звенигородщины, Черкасщины и Чигиринщины. Гулый-Гуленко оказался успешным организатором восстания в подполье Деникина. Он подчеркивал, что «организация восстаний проходила легко и удачно, то был расцвет восстания. В своем районе я был в буквальном смысле хозяином положения».
К объединению с армией Зимнего похода А. Гулый-Гуленко получил предложение от большевиков влиться в ряды Красной армии, но отклонил ее, выяснив истинные намерения большевиков относительно независимости Украины и их отношения к украинским повстанческим отрядам.
Гулый с повстанцами
25 января 1920 г., когда повстанцы А. Гулого-Гуленко встретились с армией УНР Первого Зимнего похода. Михаил Емельянович-Павленко принял решение не только включить дисциплинированные, вышколенные части гулевцев в состав Сборной Запорожской дивизии, но и назначить ее руководителем именно А. Гулого-Гуленко. Несмотря на то, что А. Гулый-Гуленко отличился в успешной операции овладения Вознесенском, ордена Железного Креста он не получил, ведь согласно уставу Креста на него не имели права те старшины и казаки, которые примкнули к Армии УНР уже во время похода.
Орден Железного Креста, который А. Гулый-Гуленко так и не получил
В 1920-м, даже после заключения 12 октября перемирия между Польшей и большевиками в Риге, атаман не прекращал борьбы. Собрав несколько добровольцев он сумел прорвать советский фронт и отправился в рейд по враждебным тылам. Этот поход длился более полутора месяцев, пока в одном из боев атаман ни был тяжело ранен в живот. Отряды Гулого-Гуленко отступили в Румынию.
Однако на этот раз его заслуги не остались без внимания высшего руководства УНР. От Симона Петлюры Гулый-Гуленко получил звание генерал-хорунжего армии УНР. А 30 июня 1921 г. его назначили командующим 1-й Южной группы (Бессарабской группы) антибольшевистского восстания, которое должно было состояться в 1921 г. Накануне назначения А. Гулый-Гуленко и председатель Украинской военной миссии в Румынии С. Дельвиг встречались с руководством румынского генерального штаба. Румыны дали разрешение на создание штаба Южной группы, его Информбюро, обязывались оказать материальную помощь и даже согласились вернуть украинским воинам оружие, конфискованное в Запорожской дивизии армии УНР после ее интернирования в румынских лагерях.
Андрей Гулый-Гуленко в 1921 году
Завершив формирование штаба Южной повстанческой группы, Гулый-Гуленко начал подготовку к ее рейду на территорию УССР. Все мероприятия оперативно-организационного характера осуществлялись в тесном контакте с румынским генштабом. Помощь в подготовке восстания ему оказывал Константин Мациевич — представитель УНР в Румынии.
Украинская политическая эмиграция в Румынии. На фото присутствуют Константин Мациевич и атаман Герасим Нестеренко-Орел, соратник Гулого-Гуленко
Задачей Бессарабской (Южной) группы было войти на территорию УССР со стороны Румынии. Однако на этот раз, в отличие от Первого Зимнего похода, уже во время подготовки к восстанию не было того понимания, которое царило между А. Гулым-Гуленко и Ю. Тютюнником во время операций 1920 г. А. Гулый-Гуленко начал действовать по своему усмотрению, не выполняя приказы ни Петлюры, ни Тютюнника. Ему не удалось найти достаточное количество оружия для своих солдат. Зато атаману забросали чрезмерные расходы на содержание штаба, а Петлюра даже просил военного министра УНР хранить все документы, поступавшие от Гулого-Гуленко, считая, что это дело может стать предметом судебного расследования. Помощь румын в организации похода оказалась слабой.
Несмотря на названные проблемы и неудачно выбранное для похода время — октябрь-ноябрь 1921 г. — Гулый-Гуленко решился на авантюру. В ночь на 17 октября 1921 г. атаман из 17 (!) воинами, переодетыми в красноармейцев, перешел границу, но, получив информацию о поражении подразделений Ю. Тютюнника, он прекратил рейд, вернувшись в Бухарест.
После неудачи Второго Зимнего похода А. Гулый-Гуленко находился за границей на территории Польши и Румынии. В июне 1922 г. он нелегально перешел границу с УССР для продолжения подпольной борьбы, но уже в июле этого же года был арестован в Одессе. Большевистские источники раскрывают нюансы разоблачения и задержания атамана, который на этот раз действовал под именем Василия Свистунца:
«В конце июля Одесскому губотделу ГПУ стало известно, что в Одессу прибыло из-за кордона некое лицо, имеющее возможность беспрепятственно перейти румынскую границу, по-видимому, представляющее собой крупную политическую фигуру, наделённое большими возможностями … В результате принятых губотделом мер, неизвестный на другой день был задержан в тот момент, когда садился на подвод для отъезда за границу … После ряда вопросов в губотделе была установлена личность арестованного, оказавшегося командующим Южной группы войск УНР полковником Гулый-Гуленко».
В течение 1922 г., даже после его ареста, чекисты активно использовали фигуру Гулого-Гуленко для проведения операции «Завещание» против холодноярских атаманов. Они распространяли среди «залишенців» информацию о присутствии «ген. Гулого и нач. штаба Тютюнника полк. Ступницкого» на якобы планируемом съезде главарей повстанческого движения. Вероятно, чекисты надеялись, что те же «Известия ВУЦИК», где еще 12 августа рассказывалось об аресте Гулого-Гуленко, к холодноярцам не доходят и были уверены, что никто об аресте повстанцам не расскажет. Или же считали, что повстанцы не поверят в арест.
Наживка сработала. 29 сентября 1922 г. атаманы попали в ловушку, прибыв на фиктивный совет в Звенигородку. В Лукьяновской тюрьме им показали фото Гулого-Гуленко, которого они узнали. Интересно, что до этого момента в ГПУ еще существовали сомнения, что в июле 1922 г. в Одессе был арестован именно А. Гулого-Гуленко. Это доказывает документ под названием «Записка по проводу Голові ГПУ Украини тов. Балицькому» от полномочного представителя на Правобережной Украине Ефима Евдокимова:« В отношении разговоров Ломгуненко могу успокоить Вас и Шумскаго: Гулый-Гуленко, тот самый, который командовал со стороны Румынии, атаман опознан. 1 октября 1922 года».
Арестованный Андрей Гулый-Гуленко в 1922 году
На суде Гулый-Гуленко признал свою вину и чрезвычайная сессия Харьковского губернского суда вынесла ему приговор: 10 лет заключения со строгой изоляцией и конфискацией всего имущества. Сравнительно мягкий приговор суд объяснил «поражением всех врагов советской власти и твердостью ее позиций в Украине». А. Гулый-Гуленко признал факт борьбы против большевиков, потому что хотел этим принести пользу украинскому народу. В то же время атаман отметил, что НЭП лишил УНР поддержки народа, поэтому дальнейшая повстанческая борьба была бы вредной для украинцев.
Ю. Тютюнник вскоре после ареста начал распространять в повстанческой среде информацию об измене Гулого-Гуленко. В датированном 29 августа письме к Михаилу Палию-Сидорянскому — участника Первого и Второго Зимних походов он отметил: «Сейчас голова поворачивается: Гулый оказался трусом в чрезвычайке!».
Михаил Палий-Сидорянский
Доказательств, побудившие его к таким выводам, он не привел. Вероятно, основанием для обвинений было обнародовано в печати сообщение об аресте Гулого-Гуленко, которое сопровождалось довольно пространным рассказом о подготовке руководством УНР в изгнании повстанческой борьбы и, в частности, и роли в ней самого Ю. Тютюнника.
Вести ВУЦИК 12 августа 1920 года
Среди повстанцев-эмигрантов кружилась информация, что в 1927 г. большевики амнистировали генерал-хорунжего, а после амнистии Гулый-Гуленко намеревался выехать на Донбасс работать агрономом, потому что имел соответствующее образование. Но потом он оказался в Польше. Николай Чеботарев, бывший начальник контрразведки ДА УНР, в письме к сотнику Владимиру Шевченко он писал: «Только для Вас: Гулый-Гуленко, генерал, бежал из большевии. Сейчас находится у меня. Скоро выпущу его в мир для информаций широких кол. А. М. (Андрей Николаевич Левицкий, президент УНР в изгнании) еще его не видел, но знает, что он здесь».
Факт пребывания А. Гулого-Гуленко в Польше подтверждается и другими источниками. Отамн оказался в этой стране по очень интересным обстоятельствам, нюансы которых Ярослав Тынченко нашел в следственном деле Сергея Романова — русского рабочего-монархиста. Арестованный в 1924-м и перемещен в Харьковский дпра №1 С. Романов познакомился там с Гулым-Гуленко. Несколько лет они отбывали наказание в одной камере. Между заключенными шли разговоры о европейской и гражданской войне. Гулый-Гуленко доказывал «неизбежность свержения советской власти путем восстания» и подчеркивал, что «советская власть неправильно решает национальное и особенно земельное и обязательно сломает на этом зубы».
По показаниям Романова его освободили в 1926 г., а через несколько месяцев, вероятно, в 1927 г., на свободу вышел и Гулый-Гуленко. И в том же 1927 г. состоялась их неожиданная встреча в Варшаве. Романов там оказался нелегально, имея целью через Польшу попасть в Аргентину, где он мечтал стать фермером. Однако в Польше был задержан представители «двойки» (польской спецслужбы) и неожиданно устроили встречу с … Гулым-Гуленко.
Разговор Романова с Гулым-Гуленко ни был содержательным: перекинулись лишь несколькими словами, Романов был предупрежден поляками избегать упоминания об аресте. Вероятно, что они показывали Романова Гулому-Гуленко, чтобы убедиться, что он действительно тот за кого себя выдает.
Предполагаем, что эта встреча сыграла роковую роль в жизни А. Гулого-Гуленко. «Двойка» склонила Романова к сотрудничеству, вернув на территорию СССР. Он получил задание перевезти в Советский Союз украинскую зарубежную литературу: открытки за подписью Андрея Ливицкого и Владимира Сальского; журналы: «Тризуб», «Вольное казачество», «Дело», «Украинская община». Однако в феврале 1928 г. Романова был арестован. Во время допроса он рассказал о сотрудничестве А. Гулого-Гуленко с поляками. Наверное поэтому вскоре был арестован и бывший генерал-хорунжий УНР.
Долгое время точная информация о судьбе Гулого-Гуленко отсутствовала. Лишь недавно исследователем Яном Рачинским была обнародована находка по архивам ФСБ России, которая позволила установить обстоятельства и точную дату смерти Андрея Гулого-Гуленко. 30 апреля 1929 г. Коллегия ОГПУ приговорила его к расстрелу по ст. 58-6 (особенно опасный шпионаж). Приговор приведен в исполнение 10 мая 1929 г. Тело атамана похоронили в Москве на Ваганьковском кладбище. К сожалению, детали дела остаются и до сих пор неизвестными.
Один из исследователей на основании показаний Романова назвал А. Гулого-Гуленко сексотом ГПУ. Конечно, нельзя исключать попытку его вербовки чекистами, но предполагаем, что, оказавшись за границей Гулый-Гуленко начал работать против большевиков, наладив давние контакты с польской разведкой. Такие случаи были, в частности Ю. Горлис-Горский тоже был двойным агентом, впоследствии разоблаченный большевиками и осужденный к расстрелу, которого ему чудом снова удалось избежать.
А. Гулому-Гуленко не повезло. Наверное основательные показания бывшего сокамерника Романова убедили чекистов, «раскаяние» атамана было попыткой ввести их в заблуждение, потому что на самом деле тот и в дальнейшем боролся с большевиками. Вероятно, именно этим следует объяснить факт его расстрела с формулировкой, что когда шпионаж вызывает особо тяжкие последствия для интересов Союза ССР, то к обвиняемым применяется высшая мера социальной защиты — расстрел.
Что и произошло в случае с Андреем Гулым-Гуленко.
![](/foto/authors/2.jpg)
Смотреть все новости автора
Читайте по теме:
"Хищина дяди Тома" по-русски Как Минкульт СССР "перекрыл воздух" легендарным артистам Как аргентинцы брали в заложники мертвых политических оппонентов Куда делась власть Советов? На избивших пенсионера в Москве завели уголовное дело о хулиганствеВажные новости
Лента новостей
![loading...](/o-icon/ajax-loader.gif)
Загрузка...